«Всё потеряла с этой своей любовью», — говорит про сестру Лариса

— Вот буквально в течение двух лет она свой возраст и догнала, — говорит про сестру Лариса. — Все посыпалось в одночасье. Я даже не думала, что так вообще бывает.

— Бывает, как видишь, — вздыхает подруга. — Это только говорят, что роды омолаживают организм, а на самом деле столько здоровья теряется. Даже в молодом возрасте, когда сама вся еще здоровая и энергичная. У меня, помнишь, почти ни одного целого зуба не осталось после второй беременности, год ходила лечить. А мне было 29 всего, а не 44, как твоей Варе.

— Да уж, авантюра с её стороны была та еще, — кивает Лариса. — А главное, что теперь с этим делать — никто не знает. Мамы нашей уже, к сожалению, нет. У меня двое собственных, школьники. Да и муж вправе сказать, почему мы должны брать на себя такую ответственность, если что? Племяннице 22 года, у неё своя жизнь только начинается, а папаша этот… Слов просто нет.

Ларисе 39 лет, у неё есть родная старшая сестра Варвара, которой исполнилось 46 лет. И сейчас Варвара разгребает кучу проблем: и со здоровьем, и с деньгами, и с ребёнком. Со своим вторым и поздним ребёнком.

Лариса, если честно, сестре всегда завидовала. Сама она пошла в маму: склонная к полноте, невысокая, с тяжёлой грудью, которая делает её фигуру визуально ещё крупнее. Выглядела с подросткового возраста старше своих лет, да и за фигуру приходилось бороться, да ещё как. Особенно после родов, особенно после вторых.

Внешность свою Лариса тоже считает обычной, среднестатистической. Такого, чтобы отбоя не было от кавалеров, в её жизни никогда не случалось. К счастью, личная жизнь у неё вполне сложилась: встретила мужа, живут в согласии, подавляющее число собственных комплексов осталось позади. А они были.

— Я всегда Варе проигрывала, рядом с ней чувствовала себя просто гадким утёнком, тумбочкой приземистой, — признаётся женщина. — Если рядом сестра — на меня никто и не посмотрит.

Варвара пошла в родню по отцу. У неё всегда был быстрый метаболизм, тонкая кость, высокий рост, лицо очень гармоничное и волосы шикарные. Тонкая, звонкая, ни тебе ранних морщин, никакого целлюлита, родила дочь в 24 года и не прибавила ни грамма лишнего.

Мужчины вокруг сестры увивались всегда табунами, она в меру кокетливая, доброжелательная, умеет одеваться и подать себя. В 25 она выглядела на 18 лет, в 30 — на 22, в 44 — максимум на 28. Есть чему позавидовать.

Правда, с мужем разошлась — он её ревновал просто бешено, замучил ревностью. Даже если кто-то из мужчин на улице взгляд бросит в сторону жены — дома скандал. Варвара не выдержала. После развода, конечно, были у неё отношения, но замуж женщина не торопилась: растила дочь, делала карьеру, покупала собственность.

— И так было, что мужчины ей помогали всегда, — говорит Лариса. — Коллега по работе что-то прибивал, когда сестра квартиру купила, сосед куда-то отвозил или помогал мебель на этаж поднимать. Причём ни малейшей «расплаты» за это никто не требовал вообще. Просто потому, что приятно помочь красивой и молодой девушке.

Чуть больше трёх лет назад у сестры Ларисы завязались отношения с Вадимом. Сколько ей лет, Варя сказала сразу, на тот момент было 43 года. Дочь училась в институте, жила в однокомнатной квартире, купленной её родным отцом к 18-летию.

Вадиму было на момент знакомства 29 лет. И Лариса сразу высказала своё мнение, что отношения с такой разницей в возрасте ни к чему хорошему не приведут, мол, мужчина молодой, ему нужна полноценная семья, родить попросит рано или поздно. Дочь Вари просто в сторону матери пальцем у виска покрутила.

— Надо будет, рожу, — пожала плечами Варвара. — У меня организм работает как часы, какие проблемы? А внешне разницы в возрасте вообще не заметно.

Сестра Ларисы действительно всегда за здоровьем следила, даже какая-то расширенная платная медицинская страховка у неё была. Внешне с Вадимом женщина смотрелась его ровесницей. Правда, мать молодого человека выбор сына не приняла, да они и не собирались расписываться. А вот на ребёнка Варя действительно решилась.

— Носила отлично, — говорит Лариса. — Никаких проблем не было. И ничего у ребёнка будущего на скринингах не находили. И рожала сама, и довольно легко. А всё равно проблемы получила.

Сын Вари не здоров. Глубоко не здоров. И никогда не будет нормальным. Почему платные врачи просмотрели явные проблемы — отдельный вопрос. К тому же очень быстро после родов появились проблемы и у самой Варвары. Нет, она не раздалась вширь, наоборот, как-то вся скукожилась, усохла.

— Седина появилась буквально за три месяца, вся голова как соль с перцем, — грустно продолжает Лариса. — Но волосы — ладно, понятно, что от нервов и что можно их покрасить. Но лицо — пятна пигментные, морщин километры. И, как ты говоришь, зубы посыпались разом и все, плюс системное что-то, сахар скачет, суставы ломит, в почках камни нашли, поджелудочная тоже никакая. Словно эта беременность все соки из неё выпила. И выглядеть стала… В общем, лет на 50 с хвостиком.

— Да уж, от проблем никто не молодеет.

— Именно. И скажи, зачем это было нужно? Вадим этот два месяца назад просто сказал, что он не может ни спать с ней лечь, ни рядом пройти. Стыдно ему, как выразился, все думают, что он рядом с мамой на коляске везёт своего сына, маминого внука. Отцовство было установлено у них, алименты будут, а толку?

Варвара уже сейчас понимает, что не сможет выйти на работу с таким ребёнком. Только если удалённо трудиться. Другой вопрос, что ей нужны очень большие деньги, чтобы поддерживать здоровье сына, чтобы заняться, наконец, собственными проблемами.

Доктора уже предупредили: если отложить некоторые медицинские вмешательства, будет ещё хуже, до фатального. И заниматься надо по-хорошему собой не месяц и не два. Многого, конечно, уже не восстановишь, но хотя бы до фатального результата не дойдёшь.

Проблема в деньгах и в ребёнке. На все предложения сдать сына хотя бы на время собственного лечения в специальное учреждение, Варя отрицательно качает головой: ему там будет плохо, там ухода никакого. Она ждёт, что помогут сестра, дочь…

— А я, например, не хочу такую обузу себе, — говорит Лариса. — И племяннице это даром не надо. Наверное, жёстко, но я скажу. Я предупреждала её о молодом мужчине рядом. Она решила по-своему. На руках носил, любил, родить уговаривал? Ну и где сейчас эта его любовь? Всё потеряла, просто всё с этой своей любовью…