Муж во время ссоры ударил по больному: «На тебя смотреть неприятно, делай же уже что-нибудь»

-Ревет, пришла вчера и одни слезы. Легко ли, такое услышать? И главное, ребенку всего 9 месяцев, — качает головой удрученно Алла Викторовна. — И не знаешь, чем успокоить.

-Разводиться собирается? Ну и правильно. Такое прощать нельзя, — уверена подруга женщины. — Ничего, вы с мужем живы и здоровы, поддержите. И на алименты можно подать и на себя, и на малыша. И квартира ее, заберет зятек свои носки с трусами и пусть валит. Я вообще не понимаю, почему она к вам с ребенком приехала? Надо было ей муженьку на дверь указать. Что-то не устраивает — выход там.

-Да в том и дело, что на развод Нина наша подавать не хочет. Любовь, будь она неладна. Я бы тоже такого не простила. И муж мой сказал, что нормальный мужик так бы никогда не сказал, это же дно. А Нинка сидит и ждет, что сейчас муженек приползет прощения просить и все у них наладится и будет хорошо.

-А он не ползет?

-Он на работе в ночь сегодня, — отвечает Алла Викторовна, — возможно и приползет, а толку? Понятное дело, что ему за съем платить будет нечем, с учетом возможных алиментов и подавно. И в свою родную глухомань ехать он уже не хочет. Но как такое простить?

Дочь Аллы Викторовны вышла замуж 5 лет назад. Вышла несмотря на то, что родителям ее выбор не понравился изначально. Зять очень симпатичный, но как выразился отец Нины, «вертлявый какой-то». Да и дочь свою Алла Викторовна оценивает вполне объективно. Нина хорошая девочка, миловидная, но красавицей ее точно не назовешь. А этот хлыщ рядом с ней — ну чистый павлин.

Но дочь тогда уперлась: люблю, Женя любит меня. И родители уступили. Пусть. Зять из провинции, в Москву приехал на заработки, своего угла у него нет даже на малой родине. До брака с Ниной жил в каком-то хостеле, зато тяга к красивой жизни у него в наличии имелась.

Квартира у Нины была еще до брака, двухкомнатная, с ремонтом, мебелью и техникой. Нина сделала мужу регистрацию, он смог найти себе более престижную работу, стал больше получать, Нина тоже зарабатывала. В общем, жили.

-Как-то мы с мужем даже расслабились, посмотрев на их жизнь, — вздыхает Алла Викторовна. — Вредных привычек у зятя нет, отношения между ними вроде бы были неплохие, а чего нам надо, родителям? Чтобы ребенок был счастливым. У Нинки глаза блестят, а то, что зять нам не нравится — наша проблема.

-Все так, — кивает подруга.

Нина была расстроена только одним: почему-то никак не получалось забеременеть, хотя со здоровьем и у нее, и у Евгения все было в порядке. Сам зять Аллы Викторовны относился к этому чересчур спокойно, на взгляд тещи: ну нет детей и нет, разве нам плохо вдвоем? Как сейчас считает теща, зять форменный эгоист, любовью к дочери и не пахнет, а ребенок — лишнее, которое в конечном итоге отвлекает Нину от самого главного — его самого.

-В общем, нормально мужик устроился, — говорит Алла Викторовна, — жена любит до одури, квартира у жены есть, все в квартире есть, прописку ему сделали, живи и не парься. Зарплата у Нины достойная была, хозяйка она замечательная.

-На сторону поглядывал? — участливо спрашивает подруга.

-Не замечен, — отрицательно качает головой Алла Викторовна, — а там — кто знает-то? Но ничего такого Нина не говорила. Да и он далеко не дурак: или запретил сам себе на сторону поглядывать, или шифровался хорошо. Он же прекрасно знал, что потеряет все. С регистрации снять и по суду можно, так-то! Но вот забеременела дочь и все пошло как-то не так.

-Понятно, понял, что жена теперь привязана крепко и никуда не денется?

-Не думаю. Но Женя прямо начал раздражаться по пустякам, злиться. Теперь я понимаю: его комфортный мир рушился. Нине долго ставили угрозу, удовольствий зятю не хватало, думаю, да и у жены приоритеты изменились. Но потом, ближе к родам все как-то выровнялось и вот опять…

Дочь Аллы Викторовны во время беременности и не сказать, чтобы много лишнего веса набрала, и следить за собой старалась, но все же неизбежно подурнела: по лицу коричневые пятна поплыли, живот спасти от растяжек не удалось. Врач сказала, что это свойство кожи конкретно в ее случае, никакие кремы не помогут. Пострадали и зубы, и волосы. Шевелюра и так у девушки не отличалась густотой, а тут — клочьями полезли.

Но больше всего Нина комплексовала именно из-за растяжек: на последних неделях беременности они были красными, даже багровыми, никуда не исчезли и теперь, когда после родов прошло уже несколько месяцев, немного побледнели, но очень сильно видны.

-Главное ребенок есть и здоров, — успокаивала Нину мать. — А на пляж можно и в закрытом купальнике выходить. Да и бледнее они станут, дай только срок. Муж? Ты ему сына родила, любые роды на организме и внешности женщины неизбежно отражаются. У меня после тебя зубы тоже посыпались. Ничего, все нормализуется, дай себе срок, восстановишься.

Нина покупала кремы, мази, собиралась после окончания грудного вскармливания пойти на лазерную шлифовку кожи, словом, комплексовала. А тут еще и ухудшились ее отношения с мужем. Причина? Обычные причины, возникающие в семьях, где есть маленький ребенок, а муж и отец считают, что декрет дается женщине, чтобы она не дергала его, добытчика мамонтов.

-Хотя какой он к хренам добытчик, — усмехается Алла Викторовна. — Он после родов Нины работу поменял, работает теперь 2/2 и приносит в полтора раза меньше, чем раньше. Сделано это было якобы для того, чтобы больше времени проводить с женой и сыном. Но на деле он лежит, отдыхает, встречается с друзьями в свои выходные и устраивает истерики, если Нина просит его что-то сделать по дому.

Уж на что Нина кроткая по характеру и сильно любит своего супруга, но такое положение вещей перестало и ее устраивать. В ходе последней ссоры Нина высказала мужу, что и зарабатывает он меньше на новой работе, и ей не помогает.

-К сыну — ноль внимания, — обиженно говорила Нина. — В свои выходные время с семьей не проводишь, по дому ничего сделать не допросишься, из дома к приятелям бежишь.

И тут она услышала от мужа то, что потрясло ее до глубины души.

-Бегу? — кривовато усмехнулся Евгений. — А ты не задумалась, почему? Ты вообще себя в зеркало последний раз, когда видела? Не мимоходом, а подробно? Скажи спасибо, что я от тебя вообще не сбежал. Ты собой заниматься думаешь или нет? Волосы — мочало, за лицом не ухаживаешь, кожа на животе — это ужас ужасный, думаешь, приятно тебя видеть, я уже про постель не говорю? Да, ты родила, но давай уже, делай что-то, а! Тошно же, честное слово. Становись такой, на которой я женился, тогда из дома убегать не буду.

-Вот гад? — возмущается подруга. — Под дых жене, зная про то, что она и так переживает? И твоя Нина еще сидит и думает, разводиться или нет? Как жить с таким? Он же прямо сказал, что не любит, что смотреть на нее ему тошно. И это не просто под влиянием момента!

-Он написал, что не думает того, что сказал, — говорит Алла Викторовна. — Представляешь? Написал! Утром. Не кинулся за ней и ребенком, а смс отстучал. Не знаю, что Нина решит, но я бы не простила. Ни за что.

А вы?