Муж сестры тот ещё «токсик», а она счастлива: «Он — моя стена каменная»

-Я ей вообще удивляюсь, это надо, так себя не любить, не уважать и не ценить! — говорит о семейной жизни своей младшей сестры Надежда.

-А она работает? Или полностью от мужа зависима? Знаешь, когда податься некуда и своих денег нет, то и не такое стерпишь…

-И идти ей есть куда, и работает, зарабатывает, правда, немного, но свои деньги у нее имеются, — усмехается Надежда, — но парадокс в том, что Соню такая жизнь вполне устраивает. Всем довольна, счастлива и с улыбкой угождает своему самодуру. Вот честно, еще немного и, думаю, она тапочки своему Феденьке в зубах будет носить. Ниже плинтуса себя поставила и рада.

Надежде 41 год, женщина она волевая, сильная, самостоятельная. В молодости вышла замуж, родила сына, но через несколько лет в семье все разладилось, Надя сама подала на развод, вернувшись с 4-х летним сыном к родителям.

Впрочем, у них женщина прожила лишь пару лет, накопила на первый взнос, купила однокомнатную, сейчас у нее уже двушка, машина, хорошая должность с достойной оплатой. Живут вдвоем с сыном, которому сейчас 15. Личная жизнь у Нади есть, но связывать себя узами брака она совершенно не горит желанием:

-Мужики сейчас пошли… Или слабаки, или приспособленцы, или абьюзеры, такие, как у Сони. Меня такая жизнь не прельщает. Сходила на свидание, получила свое «для здоровья и тонуса» и никаких тебе сковородок и грязных мужских трусов. Сын у меня ко всему приучен, а посмотрю, как некоторые живут и перед мужиками прыгают — так противно становится. Нет, это не для меня.

Абьюзером Надежда считает мужа младшей сестры, 33-х летней Сони. Сестра вышла замуж 8 лет назад за мужчину на 4 года старше, у мужа своя квартира, есть машина, есть хороший доход. Соня 7 лет назад родила дочь, после декрета вышла на работу. Женщина всем довольна, хотя, на взгляд сестры, Соня просто «терпила».

-Ее муж, по-моему, даже не представляет себе как включается стиральная машинка, вот где разделся, там и оставил грязную одежду. Как встал из-за стола, так и пошел, тарелку до мойки не донесет. А Соня прыгает потом к нему по квартире с чаем и бутербродами на подносе.

-Может быть она это по собственному горячему желанию делает? От большой, так сказать, любви? — предполагают подруги.

-Ага, как же! — усмехается Надя, — я много раз была свидетельницей недовольства ее муженька по поводу того, что лимонная долька в его чашке чая была не той толщины. Или претензий по поводу того, что Соня его ботинки не вычистила. А уж послушаешь его, так подумаешь, что мужик с детства «Домострой» штудировал и свято соблюдает его заветы.

-Женщина должна быть женщиной, — наставительно говорит муж Сони, — приготовить, убрать, принести, помыть, заниматься ребенком — это все женские дела. Муж вообще не должен этого касаться. В этом женское предназначение: наводить уют, делать удобной жизнь мужа.

-Ни фига себе! — возмущаются подруги Надежды, — Я понимаю если бы Соня не работала, дома сидела и уют наводила, но ведь пашет на работе по 8 часов 5 дней в неделю, да еще и дома не только вторая смена, а вообще — почти рабство. И она терпит?

-Терпит — не то слово, ее все устраивает. Всю свою заплату она тут же переводит на карту мужа, а потом он дозировано ей кидает: на хозяйство, на ее какие-то нужды, — продолжает Надежда, — столько раз я ей говорила, что так унижать себя нельзя. Бытом, если оба супруга работают, то оба и должны заниматься. И очень унизительно не иметь своих денег, отчитываться перед мужем за каждую потраченную копейку. Ей самой, между прочим, заработанную копейку!

-А она что?

-А ничего, улыбается идиотской улыбкой и объясняет мне, что ее все устраивает, что у нее очень легкая работа, а муж зарабатывает в несколько раз больше, у него напряженка, вечный аврал и нервы, зато дом для него — тихая гавань, а она рада, что мужа все устраивает.

-Может быть он ее бьет? Обижает, а она просто боится сказать? Или, знаешь, как бывает, стыдно признаться даже родным, что ее брак удачным не является? Некоторые женщины годами остаются в токсичном браке лишь бы не терять статус «замужняя»?

-Да нет, я сначала тоже так думала, — говорит Надежда, — но Соню все устраивает.

-Все мы разные, — пожимает плечами Соня, — ты так живешь, я — этак. Мне моя жизнь нравится. Я люблю мужа, он любит меня. Ну не занимается он домашним хозяйством, ну деньги все у него. Ну и что? Он доволен, а когда он доволен, он и меня ни в чем не ограничивает. Мой муж — моя каменная стена, я знаю, что он не оставит нас голодными, что правильно все рассчитает, обеспечит деньгами, я за завтрашний день и будущее дочки не боюсь и считаю свой брак удачным.

-Стокгольмский синдром, однако…

-Ну не знаю, в заложники он ее не брал, она вольна изменить все, но парадокс в том, что Соня менять ничего не хочет, улыбается, моет, чистит, подает. А ведь росла шустрой, независимой. Но встретила своего Феденьку и не узнать женщину, — качает головой Надежда, — мама и та говорит, что так нельзя, что Соня уже стала приложением к кухонно-бытовой технике.

-Сидит и каждое слово, каждое движение головы зятя ловит, — огорчается мать, — а тот и рад, щеки надувает — хозяин, мужчина, он главный.

Что думаете? Соня живет неправильно? Нельзя так подстраиваться под мужа самодура? Или у каждой — свое понятие о счастье?